– Я всё, – сообщил матери.

– Я чуть попозже, – ответила она.

Через полчаса мама по-прежнему лежала на кровати, уставившись в потолок. Дан вышел из чата и вновь включил пылесос. Когда остальная квартира была убрана, он сел рядом с мамой:

– Может, тебе к врачу сходить?

– Я не больна, – отрезала она.

– К неврологу, – уточнил Дан.

Мама приподнялась:

– С чего ты взял, что мне надо к неврологу?

Дан разнервничался – вот как ей нормально объяснить?

– Ты многое забываешь, – начал перечислять он, – плачешь, ничего не хочешь делать…

– Я могу хотеть отдохнуть?! – взорвалась мама. – В свой законный выходной! Почему я все должна делать?! Стирать, убирать, готовить… Ты же не ребенок!

– Я делаю. – Дан обиделся. – И готовлю сам, и в магазин хожу, и работаю. Еще и в школе учусь.

– И что?! – психанула мама. – Повесь себе медаль на шею. Другие в твоем возрасте…

Она не договорила. Из нее будто выпустили воздух, и мама опустилась на подушку.

– Извини, – нормальным тоном произнесла она. – Мне, наверное, действительно надо к неврологу – нервы совсем не в порядке. Только сперва нужно прикрепиться к ближайшей поликлинике, мы же переехали.

– Давай я после школы туда заеду и узнаю? – предложил Дан.

Мама кивнула:

– Заодно и насчет детской узнай – тебе же во взрослую пока рано.

Через полчаса мама вышла из комнаты:

– Чаю попью.

– Ты хоть ела? – запоздало поинтересовался Дан. – Я тебе пирожок купил с малиновой начинкой.

– Вот и поем заодно. – У него возникло ощущение, что мама заставляет себя делать привычные вещи.

– Давай разогрею. – Дану пришлось опять выйти из чата.

У них получилось что-то вроде полдника: для ужина рано, для обеда поздно. На работе Дан не ел – не хватало еще растолстеть, а дома перекусил бутербродами. Теперь же он почувствовал голод. Мама послушно съела свою порцию, казалось, она не различает вкуса еды.

– Вот твой приз! – Дан торжественно положил перед ней пирожок.

Пирожку мама обрадовалась, на ее лице мелькнуло подобие улыбки.

Дану казалось, что он видит дурной сон: они с мамой поменялись местами. И теперь ему нужно заботиться о ней, кормить ее, беспокоиться, не забыла ли она надеть шапку. Надо побыстрее затащить ее к врачу, а то вдруг дальше будет только хуже? Дан не готов становиться взрослым, ему хочется чувствовать за собой надежную опору. Да и к экзаменам скоро предстоит готовиться. Как-то все не вовремя и слишком много всего. Новая школа, новые одноклассники, а старые так далеко, и Дан по ним очень скучает. Тут же папино отчуждение и мамина нервозность. Ему бы со своими проблемами разобраться, а приходится решать чужие. Хотя мама ему не чужая, а своих не бросают. Дан написал себе в сети напоминалку: «Узнать насчет прикрепления к поликлинике и записать маму». После залез в интернет и отыскал ближайшую. Наверное, она.

По телевизору начался фильм «Первому игроку приготовиться». В свое время Дан даже прочел книгу, которая оказалась еще интереснее, но фильм не разлюбил. Теперь он разрывался между стримом, чатом и телевизором, уподобляясь Александру Македонскому, который умел делать несколько дел одновременно. Хотя это не Македонский был, а Юлий Цезарь. Дан задумался: а каково это – быть Александром Македонским? В памяти всплыло, что тот был греческим царем. Точнее, не греческим, а македонским, но это не принципиально. И что Александр завоевал полмира, а потом его то ли отравили, то ли он умер от какой-то болезни. Дан залез в поисковик: да-а, Александр взошел на трон в двадцать лет. Дану сейчас семнадцать, и он совсем не представляет, как править страной, как организовать военный поход и завоевывать другие страны. Да и не нужно это ему. От сердца отлегло, будто кто-то на самом деле требовал от Дана взвалить на собственные плечи так много обязанностей и лишь по счастливой случайности ему удалось от этого отвертеться.

Дан не знает, как со своими домашними проблемами разобраться. Хочется, чтобы все стало по-прежнему. Чтобы родители прекратили ссориться, мама успокоилась, а Дан вернулся в родной двор и школу. Ему нужна такая малость, но и этого не получить. Что бы он стал делать с половиной мира? Отвечать за незнакомых людей и чужие государства? Решать их проблемы? Дан распрямился: пусть его мечты простые и приземленные, но они для него важнее и понятнее. Да и вреда от них никакого. Тот же Александр Македонский наверняка много бед и горя людям принес. А ради чего? Империя его распалась, могила неизвестно где. Детей после царя тоже не осталось. Вот и все. Только сухие сведения в интернете. А с другой стороны, столько лет прошло, а память сохранилась. Вот бы Дану совершить такое, чтобы и его помнили. Книгу написать или группу организовать – он сумел бы на барабанах стучать. Или пойти в популярные блогеры с кучей подписчиков – тоже нормально. А главное, никаких погубленных судеб.

Хотя… Те же блогеры могут вред причинить. Ведь на них миллионы подписаны, их слушают, им доверяют. А вдруг эти люди ошибаются? Посоветуют какую-нибудь фигню, а она вредной окажется. А последствия непоправимые. Но тогда получается, что каждый шаг нужно наперед просчитывать, а это невозможно. Что бы ты ни сделал, все может иметь негативный или положительный результат. Или сперва положительный, а после негативный. И наоборот. Жизнь – сложная штука. Но нельзя прожить ее, уходя от ответственности, лишая себя выбора. Можно лишь стараться, чтобы итоговый баланс был со знаком плюс, когда душу будут взвешивать на весах мрачные боги Египта.

6

С Миром и Платоном Дан договорился встретиться на «Тургеневской». Раз отца дома не будет, какой смысл ехать через всю Москву? Вместе провести время можно где угодно. Дан приехал на станцию раньше остальных и сел на скамейку напротив перехода. Оттуда доносилась мелодия, видимо, кто-то из музыкантов решил подработать. Дан прикрыл глаза: так лучше слушалось. Звуки завораживали и уносили за собой, обещая погружение в нирвану. Не обычная для таких людных мест попса, а что-то редкостное. Дана разобрало любопытство – кто же так круто музицирует, но в это время его потрепали по плечу.

– Заснул, что ли? – перед ним стояли друзья.

– О, салют! – Они стукнулись костяшками пальцев в знак приветствия.

– Это что, концерт по заявкам? – Мир мотнул головой в сторону перехода.

– Ага.

– Ничего так. – Платон зашагал к выходу. – Давайте для начала перекусим. А то голод